Клирос
Напишите нам


Оглавление
Тишина
Страница 2
Страница 3

Вскоре после этого случая Иван Валерианович умер. Скоропостижности его кончины удивлялись и соболезновали многие, не догадываясь даже приблизительно об истинных причинах ее. О внезапной глухоте Ивана Валерьяновича знала только его жена, заметившая, что в последнее время муж стал плохо ее слышать, но не придавшая этому особого значения.

 

Отпевание состоялось в соседней церкви, в которой, кстати сказать, хор несколько раз пел, имея еще в своем составе Ивана Валерьяновича. Хор и теперь участвовал в отпевании, и Ванюша дирижировал им, точнее сказать, регентовал.

 

Хористы, ставшие на время певчими, особенно старались. На глазах многих женщин выступали слезы. «Как же мы теперь без него?» – думали между тем басы. Безутешная вдова рыдала над гробом и, пожалуй, лишь один покойник ни о чем не горевал. Он лежал чинно, со всем прежним своим достоинством, свеча, воткнутая между его скрещенных на груди рук, мирно оплывала.

 

И вдруг, когда торжественно зазвучали слова «Ве-чная па-мять», произошло нечто странное: пальцы покойника как будто перехватили поудобнее свечку, а из гроба донеслись невнятные утробные звуки словно пытающегося что-то передать с того света Ивана Валерьяновича. Впрочем, в следующую секунду усопший лежал как и прежде неподвижно и безмолвно. «Померещилось», – подумала вдова, крестясь и тяжело дыша от волнения.

 

Но когда заупокойная служба, сделав свой круг, вновь дошла до слов «Вечная память», случилось нечто совсем уж ни с чем не сопоставимое.

Покойник медленно, словно в сомнамбулическом трансе, не открывая глаз, но по-прежнему сжимая в руках свечу, приподнялся, сел во гробе и подхватил вместе с хором: «Ве-чная па-мять!». И хоть и был Иван Валерьянович при жизни знатным басом, но, как рассказывают очевидцы, таких низов от покойного еще никто никогда не слыхал. Это были чудные октавы, не громкие, выразительные, мягкие и удивительно чистые.

 

Невозможно передать, какой благоговейный трепет охватил всех присутствующих в церкви. Все, кроме регента, стоявшего спиной к гробу, не отрывая глаз, смотрели на воскресшего Ивана Валериановича. Хористы продолжали петь что называется машинально, хоть не глядя на руку дирижера, но необычайно слаженно и на большом душевном подъеме. Немногие бывшие в этот момент в церкви прихожане, видя и слыша такое чудо, крестясь, пали ниц. Слезы умиления и восторга выступили на глазах Клавдии Семеновны, скромно стоявшей в углу у алтаря.

 

И только допев службу до конца, Иван Валерианович открыл глаза, обвел благодушным взором церковный приход, привычно потянул свое «Во-от» и, заметив рядом с собой жену, в черном платье и с заплаканными глазами, спросил у нее:

– Кого хороним?

Тут нервы у бедной супруги Ивана Валерьяновича наконец не выдержали, и она забилась в истерике, крича истошным голосом.

Регент Ванюша обернулся на крик, и, увидев перед собой воскресшего Ивана Валериановича, лишился чувств, так что первые тенора едва успели подхватить его на руки.

На том и закончилась эта знаменательная в своем роде заупокойная служба.

12 апреля 1998 г.



 
< Пред.   След. >